1 страница. Эрик Богозиан

Эрик Богозиан

ТОК РАДИО

Адаптация Ивана Вырыпаева

Перевод Анны Шульгат

Перевод осуществлен Центром по развитию международного театра (CITD) в рамках программы «Новая американская пьеса в России» при поддержке американского посольства в России и американо-российской Двусторонней президентской комиссии

Полная темнота.

Голос диктора. … ну, а в начале следующего часа, сразу же после новостей и прогноза погоды, вы услышите радиопрограмму «Ночная болтовня» с Барри Шамплейном – об этой программе больше всего говорят в Кливленде! А теперь вернемся к Сидни Гринбергу и программе «Ваши налоги и вы»!

Зажигается свет. Сидни Гринберг сидит за своим пультом, в наушниках, и говорит в микрофон. Рядом с ним, за другим пультом сидит его напарник 1 страница. Эрик Богозиан Берни – он принимает звонки. Чуть в глубине, за толстым стеклом можно разглядеть оператора радиостанции Спайка. Сид говорит быстро и без единой запинки .

Сид. …ну вот, мы опять в эфире. Ричард, ты все еще с нами?

Ричард. Угу.

Сид. Отлично. Значит, с теми деньгами, что ты получил под вторую закладную на свою первую недвижимость – ту, что с видом на озеро, – все в порядке. Теперь ты либо возьмешь второй кредит или полностью рефинансируешь этот кредит с помощью регулируемой процентной ставки, так? Деньги у тебя на руках. И что же ты намерен с ними делать, Ричард?

Ричард. Э…

Сид. Оценив 1 страница. Эрик Богозиан свою собственность примерно в двести тысяч, ты полностью выплачиваешь существующий кредит в десять тысяч при помощи рефинанансирования кредита в размере ста семидесяти пяти тысяч. И вот, согласно простой арифметике, у тебя остается еще сто шестьдесят пять тысяч долларов. Значит, ты кладешь эти деньги себе в карман. Ты бы мог отлично покуролесить. Купить Кадиллак, съездить на Гавайи. Но это тебе ничего даст, Ричард. Потому что ты не пользуешься деньгами. А хуже всего будет, если ты продашь свою недвижимость и воспользуешься выручкой, потому что это означает налог на прирост капитала а это значит, что тебе придется послать чек… догадываешься кому? Ну 1 страница. Эрик Богозиан, конечно - нашему жирному дяде в Вашингтоне, округ Колумбия…. И вот если ты не хочешь этого делать, Ричард, вот тогда и держись за свою собственность! Так…Ричард, ты все еще с нами?

Ричард. Ну да.

Сид. Это хорошо. Потому что теперь мы заработаем тебе денег! Ричард! Бери бумагу, карандаш и все записывай, потому что ты возьмешь эти сто шестьдесят пять тысяч, полетишь во Флориду и найдешь себе по средней цене офисное строение где-то в районе одного-двух миллионов. Используй эти сто шестьдесят пять штук и те пятьдесят, что тебе оставил дядя Гарри…

Ричард. Генри...

Сид. Что?

Ричард. Генри. Мой дядя 1 страница. Эрик Богозиан Генри.

Сид. И те пятьдесят, что тебе оставил дядя Гарри, и те сто штук, которые ты прихватишь по второму кредиту на свое основное жилье, объедини это все и используй те триста пятнадцать штук для выплаты в рассрочку за офисное здание, скажем, в Нью-Смирне.

Ричард. Флорида?

Сид. Ну конечно, Флорида! Ты же любишь апельсины, верно? Будешь каждый день выпивать по бокалу сока и никогда не умрешь. Значит, берешь доход от сдачи помещений в аренду в своем новом офисном здании, выплачиваешь свои ежемесячные суммы по кредиту и используешь дополнительный доход для покупки либо облигаций с нулевым купоном, либо казначейских векселей.



Ричард. А 1 страница. Эрик Богозиан как насчетсертификата государственной национальной ипотечной ассоциации, «Джинни Мэйс»?

Сид. Джинни Мэйс. Джинни Мэйс, Джинни Мэйс. А ты неплохо устроишься, Ричард – налоговая льгота во Флориде, отличное место, где можно провести отпуск, и – вдумайся в это, Ричард: собственность стоимостью более двух миллионов! Трудно в это поверить, но, знаешь что, Ричард? С помощью моего метода ты только что стал миллионером. Как ты на это смотришь?

Ричард. Погодите-ка, я не понял... (х)

(х) - означает здесь разъединение, окончание телефонного разговора.

Сид. Ладушки, большие часы на стене говорят мне, что пора нам закругляться с этим эпизодом. Программа «Ваши налоги и вы» подошла к 1 страница. Эрик Богозиан концу. Оставайтесь с нами, чтобы узнать новости и прогноз погоды, ну а за всем этим последует бодрящая беседа с человеком, которому нет равных, – с моим почтенным коллегой, мистером Барри Шамплейном! А я, Сидни Гринберг, напоминаю вам: «Важно не сколько вы заработаете, а сколько принесете… домой».

Сидни сбрасывает наушники и встает. В эфире «Новости» и «Прогноз погоды». Линда сразу же подходит к пульту Сида, прибирается там и готовит его для Барри.

Берни. Ну вот, вышли из эфира. Знаешь, Сид, а дорога будет мокрой.

Сид. Конечно, она будет мокрой, если весь день идет дождь. Как они будут держать ее сухой? Вытирать полотенцем 1 страница. Эрик Богозиан?

Берни. Кто тебе нравится в третьем заезде?

Сид. Мы же говорили, что до пятого заезда нам ничего не светит.
Ты видел мою машину, когда вошел сюда?

Берни. Твою машину?

Сид. Выхожу я из «Бери и плати», а там этот парень сидит на капоте моей машины. Понимаешь, он обвел кружками все ржавые пятна.

Голоса Берни и Сида стихают, когда они выходят в коридор. Входит Стю.

Стю. Где он, черт подери?

Линда. Я не знаю.

Стю. Ты с ним общаешься?

Линда. Не-а.

Входит Барри.

Барри. Мне нужна гребаная пушка. Убить их всех.

Стю. Черт возьми, Барри! Я уже собирался послать 1 страница. Эрик Богозиан за тобой поисковую партию.

Барри наливает себе кофе.

Барри. Нет. Слушай, мне нужен один из этих «Магнумов», как у Грязного Гарри. В следующий раз, когда какой-нибудь ублюдок обгонит меня – БАХ! И все. Или если у кого-то скорость десять миль в час: БУМ! Правый поворот с левой полосы: БАХ! Водителей надо проверять на профпригодность. Если не прошел – тебя убьют. На месте.

Стю. Я тебя понял, приятель.

Барри. А тело просто оставляешь в машине. Прилетает вертолет с таким огромным магнитом, вытаскивает машину из трафика, несет ее к озеру и бросает. Вот и все. Нет проблемы. Ну, и 1 страница. Эрик Богозиан как они там, совсем расслабились?

Стю. Дальше некуда.

Барри. Тогда – по коням. (Линде). И что – никакого привета сегодня?

Линда. Хочешь это послушать?

Барри. Я здесь. Я здесь?

Стю. Шестьдесят секунд до эфира, Бар.

Барри усаживается за свой пульт. Линда начинает читать.

Линда. «Североамериканская ассоциация любителей мальчиков» призывает к отмене законов о совершеннолетии, а также любых других законов, препятствующих мужчинам и мальчикам свободно наслаждаться своими телами, кстати у них есть филиал в Шейкер-Хайтс. Далее - обнаружена женщина, державшая у себя в доме шестьдесят семь кошек. Она выращивала их, потому что ей нужны были шкурки! Из Франции сообщают, что на 1 страница. Эрик Богозиан подпольных молочных производствах в коммерческих целях используют женское молоко.

Барри. Давай, оживи меня. Телепортируй меня, детка, телепортируй меня

Линда. Ты что, слушаешь?

Барри. Я слушаю, я слушаю. Да?

Линда. Вчера вечером я прождала полчаса. Под дождем.

Барри. Кое-что произошло.

Линда. Вот как?

Барри. Угу.

Линда. Я ждала. Полчаса.

Барри. Ну, видишь ли, это ты. Я? Я бы ушел.

Стю. Тридцать секунд.

Линда. Трое из четырех человек говорят, что предпочитают телевизор сексу со своим супругом. Парень в Сан-Хосе, штат Калифорния, хочет быть суррогатной матерью, говорит, что это ему по силам. Теперь сообщение о СПИДе…

Барри. Забудь о СПИДе. Я не хочу 1 страница. Эрик Богозиан говорить о СПИДе.

Стю. Двадцать.

Линда. Ладно. Э… Бездомные живут на заброшенном мясокомбинате в Уилларде. Некоторые из них работали там, пока комбинат не закрыли…

Барри. А где это – Уиллард?

Линда. Стю, ты знаешь, где Уиллард?

Стю. Через десять мы начинаем.

Линда. Между прочим, если бы ты мне позвонил, ты бы знал, что тебя разыскивает Дэн.

Барри. Зачем?

Линда. Он что-то задумал. Нервничает.

Барри. Он у меня понервничает!

Музыкальная тема.

Голос диктора. А теперь, в самом сердце Великих Озер, наступает время для самого популярного и неоднозначного ток-шоу! «Ночная болтовня» с Барри Шамплейном. Дамы и господа, а вот вам 1 страница. Эрик Богозиан и Баррррри!

Барри. Вчера вечером восьмидесятилетняя бабушка была убита на Эвклид-авеню. Это произошло на глазах у двадцати человек, но никто и пальцем не пошевелил. Каким-то пацанам понадобились деньги, чтобы купить крэк, и они просто зарезали старуху. В Шейкер-Хайтс наши добропорядочные граждане –

врачи, юристы, дантисты – организовали маленький клуб, где занимаются сексом с детьми. А на Вест-Сайде на прошлой неделе пятнадцать церквей подверглись полицейской облаве – за что, как вы думаете? – за нелегальный игорный бизнес. И это только здесь – в черте города Кливленд! Эта страна, где под культурой понимают порнографию и фильмы ужасов, где под этикой подразумевают откаты 1 страница. Эрик Богозиан, взятки и инсайдерские сделки, где под цельностью понимают вранье, разврат и пьянство… эта страна прогнила до основания, эта страна в большой беде… и хорошо бы, чтобы кто-то принял меры «пять, пять, пять, ТОК - ти, эй, л, ка» – так вот, откройте рот и скажите мне, что мы собираемся делать с тем бардаком, в котором оказалась эта страна. И вот у нас первый звонок. Франсин!

Франсин. Да, алло?

Барри. Франсин, вы в эфире.

Франсин. Да, э… это Барри?

Барри. Как поживаете?

Франсин. Есть одна небольшая проблема, которую я хотела бы обсудить.

Барри. Стреляйте!

Франсин. Что?

Барри. Стреляйте, стреляйте 1 страница. Эрик Богозиан. Послушаем.

Франсин. Я транссексуал.

Барри. А, ну, я вроде бы это понял, Франсин.

Франсин. А вы знаете, Барри, что такое транссексуал?

Барри. Позвольте мне задавать вопросы, дорогуша.

Франсин. Ладно, в общем, я пытаюсь скопить денег на операцию.

Барри. Франсин.

Франсин. Что?

Барри. Это скучно.

Франсин. А вот и нет!

Барри. Вы транссексуал, пытающийся скопить денег на операцию? Да вы ходячее клише. Звоните Ларри Кингу в Вашингтон. Я дам вам его бесплатный номер.

Франсин. Дайте мне закончить то, что я говорю!

Барри. Франсин, ну какой интерес для моих слушателей, могли представлять ваши пускай, даже самые смелые фантазии в хирургической сфере?

Франсин. Какое 1 страница. Эрик Богозиан мне дело до ваших слушателей? Это то, о чем я хочу говорить.

Барри. Да. Но я не хочу (х). «Ночная болтовня». Да, Джош.

Джош. Большое спасибо, Барри. Э, Барри, а вам не кажется, что политика Всемирного банка только ущемляет интересы экономик стран третьего мира в угоду американским банкам?

Барри. А? «Страны третьего мира»? «Страны третьего мира»! А где вы выучили эту фразу, наверное, в колледже? Или услышали в «Шестидесяти минутах» на канале СИ-БИ- С?

Джош. Этот термин широко употребляется.

Барри. Конечно. Я слышу его все время. А вам известно, что он означает?

Джош. Ну, конечно.

Барри. Пожалуйста, просветите 1 страница. Эрик Богозиан и нас.

Джош. Ну, он означает развивающиеся страны… маленькие бедные страны.

Барри. Маленькие страны… значит, Индия – это не «третий мир».

Джош. Ну, Индия это…

Барри. А как насчет коммунистических стран… Красный Китай, например?

Джош. Нет, не коммунистические страны… мы отклоняемся от темы… на что я хотел обратить внимание…

Барри. Мы не отклоняемся от темы, Джош, – наоборот, мы только начинаем о ней говорить. И тема эта такова: ни черта вы не знаете, о чем говорите. Вы звоните и исторгаете на меня порцию левацкой тарабарщины, думая, что вам есть что сказать. Но вам нечего сказать, потому что вы просто повторяете лживую 1 страница. Эрик Богозиан чепуху. Югославия – коммунистическая, и это страна третьего мира, и Никарагуа тоже, и Куба. Джош, возвращайтесь в колледж, а когда закончите, позвоните… (х) «Ночной разговор», вы в эфире…

Ронда. Привет, Барри, это Ронда из Ковентри. Я только хочу выразить свое возмущение.

Барри. По какому поводу?

Ронда. По поводу того, что они сейчас делают там, в Детройте. Раздают шприцы наркоманам.

Барри. Они вынуждены это делать, дорогуша, они пытаются остановить СПИД, и чистые шприцы в этом помогают.

Ронда. Но это аморально, что деньги налогоплательщиков в этой стране пойдут наркоманам.

Барри. Ронда, а разве хорошо, что доллары налогоплательщиков, почти четыре миллиарда, уходят на «войну 1 страница. Эрик Богозиан с наркотиками», которая просто абсурдна? Вы правы, Ронда. Больше наркотиков, чем когда-либо, приходят в эту страну, и, как вы думаете, кто их сюда привозит?

Ронда. Гм…

Барри. Да мы же сами и привозим, Ронда! Все так и есть – дядя Сэм и доброе старое ЦРУ! Как, по-вашему, они платят за все эти тайные войны? Лаос, Камбоджа, Никарагуа, «Эйр Америка», «Иран-контрас», это же освещенная временем традиция – понимаете, о чем я? Легализуйте ЭТО! И придет конец единственной величайшей угрозе демократии, которую эта страна когда-либо знала. Легализуйте наркотики! Одним махом оставьте ЦРУ и мафию не у дел!

Ронда. Ну 1 страница. Эрик Богозиан, большей ерунды я в жизни не слыхивала…

Барри. Правда? А я думаю, что у наркомана должна быть возможность зайти в аптеку, поставить свою подпись и получить свою дурь за доллар… Тогда ему не придется кого-то грабить или убивать только, чтобы достать дозу. Я прав?

Ронда. Но как же дети, Барри? Ведь нельзя же, чтобы наркотики попали к детям?

Барри. А почему бы и нет? Они все равно их достанут. А так, по крайней мере, можно контролировать дозу! Проблемы не с наркотиками, Ронда, – проблемы с Америкой!

Ронда. Вообще-то я не совсем понимаю, что вы имеете в виду 1 страница. Эрик Богозиан, но…

Барри. Ронда, можно задать вам один вопрос? Кто вице-президент этой страны?

Ронда. Джордж Буш.

Барри. А что он делал до того, как стать вице-президентом?

Ронда. Ну… э…

Барри. Он руководил ЦРУ, Ронда! Понимаете, к чему я тут клоню?

Ронда. Ну, Барри, тут я не могу с вами согласиться. Может, вы не слышали, но это же «Утро в Америке», и Джордж Буш нужен нам для того, чтобы завершить, то, что президент Рейган….

Барри. О да, это ровно то, что нам нужно! Очередной шпион в Белом доме. В чем дело, Ронда, вам что, не хватило «Уотергейта»? Послушайте 1 страница. Эрик Богозиан, если вас так волнует, что людей убивают наркотики, объявите вне закона табак. Он убивает больше людей, чем кокаин, героин и любой другой наркотик вместе взятые!

Ронда. Но мы же не об этом говорим. Мы говорим о наркотиках… (х)

Барри. Спасибо за звонок, Ронда. «Ночной разговор», и у нас на проводе Джуниор…

Джуниор. Барри! О, привет, чувак, я хочу спросить тебя о бейсболе. Что ты думаешь« Кливлендских Индейцах», как тебе они в этом сезоне?

Барри. Если коротко – они в заднице.

Джуниор. Эй, тут я с тобой не согласен, Бар! Они возьмут «вымпел». Ньекро выиграет двадцать игр!

Барри. Ты что 1 страница. Эрик Богозиан, спятил? Ньекро пятьдесят лет!

Джуниор. Эй, слушай, ты, мистер гребаная большая шишка, да Ньекро сыграл лучше, чем любой другой… (х)

Барри. Да-да-да. «Индейцы» будут смотреть чемпионат по ящику. «Торонто» возьмет «вымпел», а «Астрос» будут чемпионами сезона. На этой глубокомысленной ноте давайте прервемся на рекламу. С вами «Ночной разговор». Стю, давай сегодня не налегать на бейсбол и трансвеститов, ладно?

Стю. Ты сам им ответил.

Барри. Как там наши линии?

Стю. Неплохо. Пять человек ждут на проводе.

Входит Линда с небольшой пачкой фотографий.

Барри. Все еще на меня сердишься?

Линда. Да.

Барри. Даже сейчас?

Линда. Да.

Пока Барри подписывает фотографии 1 страница. Эрик Богозиан, входит Дэн.

Дэн. Барри…

Барри. Привет, Дэн.

Дэн. Барри, ты получаешь мои послания?

Барри. Был очень занят, Дэн, очень занят.

Дэн. Барри, я говорил с Чаком Дицем. Это мой контакт в «Метроскане». Мы говорили с ними… почти каждый день. По два раза в день.

Барри. Дэн.

Дэн. «Метроскан», Барри. Триста пятьдесят семь дочерних станций.

Барри. «Метроскан», да. Ну и что? Что там с этим «Метросканом»?

Дэн. Дицу нравится шоу. Очень нравится.

Барри. И…???? Что, Дэн, что? Давай, колись!

Дэн. Он думает, что ты – это нечто. Он считает тебя забавным.

Барри. Отлично! Линда, пошли ему фото с автографом. Спасибо 1 страница. Эрик Богозиан, что зашел, Дэн.

Дэн. «Метроскан» думает о том, чтобы выбрать твое шоу для общенационального вещания.

Барри. Что?

Дэн. Они отказались от одного шоу, чтобы принять решение к понедельнику. Они просто переведут тебя на общенациональное вещание. Звонки будут бесплатными…

Барри. Погоди-ка.

Стю. Шестьдесят секунд, Бар.

Барри. Погоди-ка. Что за херня тут творится? А разве у меня нет права слова? Ты хотя бы позвонил моему агенту?

Дэн. Конечно, я звонил твоему агенту, Барри. Но даже когда я звоню ему, ты все равно не перезваниваешь. Диц собрал всех исполнительных директоров, они слушают сегодняшнюю программу.

Барри. Ты знала об этом?

Линда. Моя 1 страница. Эрик Богозиан мама считает, что это здорово.

Барри. Твоя мама? Ты сказала маме, и…

Линда выходит.

Дэн. Они просто прощупают почву. И все. Получится – так получится. Просто постарайся, чтобы сегодня все прошло на высоте, и мы в деле. Поздравляю, Барри. Мы этого добились.

Барри. Нет, Дэн, не «мы» – по всей видимости, ты этого добился.

Стю. Тридцать секунд, Бар.

Дэн. Ухожу, ухожу. Оставляю вас наедине. Устройте сегодня крутое шоу.

Барри. Шоу всегда крутое, Дэн.

Дэн. Но сегодня – мега-крутое. Не хочу, чтобы мы напортачили. Мы обсуждаем договор на шесть месяцев, а нам нужно шесть лет.

Дэн выходит, но задерживается в студии, чтобы 1 страница. Эрик Богозиан услышать следующее:

Стю. Шесть секунд.

Музыкальное вступление.

Голос диктора. Вы слушаете «Ночной разговор» с Барри Шамплейном. И теперь – Барри снова с вами.

Барри говорит в микрофон.

Барри. «Метроскан Бродкастинг» – мультимедийная корпорация, которая специализируется на радиовещании. У нее триста пятьдесят семь дочерних станций в Соединенных Штатах и Канаде.Две минуты назад мне позвонил президент «Метроскан Бродкастинг». Он спросил меня, могут ли они перевести это шоу – перевести «Ночную болтовню» – на общенациональное вещание, начиная с вечера ближайшего понедельника. И вот вы, наверное, думаете, почему корпоративные типы в «Метроскане» вдруг заинтересовались парнем вроде меня, болтуном, типом, который не боится нести все, что вздумается 1 страница. Эрик Богозиан, на всех этих станциях? А я вам скажу, почему. Деньги. Рекламные доллары. Рейтинги. У меня, ребята, рейтинги. А рейтинги у меня благодаря вам, моим слушателям. Может, кто-то из вас беспокоится, что Барри станет мягче, расслабится, изменит свой стиль – и все ради шоу общенационального масштаба? Позвольте, я вас утешу. Это невозможно. Невозможно – и все тут. Этой нашей с вами великой стране нужен кто-то, кто пробудит ее, встряхнет ее и, для разнообразия, скажет правду. И этот кто-то – я. Так я и сказал президенту «Метроскана», пусть как хочет, так и поступает. А это значит, что это шоу, «Ночная балтовня», выходит на 1 страница. Эрик Богозиан общенациональный уровень с вечера понедельника. Благодаря вам, я здесь, ребята. Демократия – чудесная штука.

И вот что мне от вас нужно. В ваших домах есть устройство под названием «телефон». Я хочу, чтобы вы сняли трубку… давайте, выньте руку из тарелки с чипсами, протяните руку, возьмите трубку, поднесите ее к лицу и наберите

«пять, пять, пять, ТОК». Мы выходим на общенациональный уровень, ребятки. Надеюсь, у вас есть что сказать, а у меня уж точно найдется.

Барри нажимает кнопку на своем пульте.

Барри. Рут, вы в эфире.

Рут. Вы такой хороший человек.

Голос Рут приобретает электронный отзвук.

Барри. Алло? Вам надо сделать радио 1 страница. Эрик Богозиан потише.

Рут. Вы такой хороший, вам, действительно, не все равно. Что?

Барри. Вам надо сделать радио потише.

Теперь голос Рут звучит нормально.

Рут. ОК. Да, Рут, это Рут. Я просто слушала то, что вы говорили, Барри, и как же вы правы! Больше нет любви, Барри! Больше нет надежды!

Барри. Ну, это не совсем то, что я говорил. Я говорил, что не могу не удивляться…

Рут. Нет, нет, вы правы, Барри. Посмотрите на наш мир сегодня. Сотни тысяч людей голодают в Африке, и никому нет дела. Вот и все, они умрут. И это нельзя предотвратить, Барри.

Барри (говорит в микрофон 1 страница. Эрик Богозиан для внутренней связи). Доктор Выпивайдер, пожалуйста, в студию.

Рут. Кто может остановить выброс токсичных отходов, терроризм, ядерную гонку, убийства! Они пытались убить Папу, Барри! Каково? Они убили Джека Кеннеди!

Барри. Да, помнится, я что-то об этом читал. Слушайте, Рут, вы не можете относиться к мировым проблемам как к своим личным.

Рут. Нет, Барри, не отрицайте это. Не ведите себя наивно ради нас. Вы знаете правду, потому что вы образованный и мудрый человек. И вы храбрый человек, раз говорите об этом. Я так рада, что ваше шоу можно будет, наконец-то, услышать по всей стране, потому что 1 страница. Эрик Богозиан людям пора уже послушать здравомыслящего человека.

Входит Линда с бутылкой бурбона и бокалом. Наливает Барри напитка в неразбавленном виде.

Барри. Особенно такие люди, как вы, а, Рут?

Рут. Загрязнение окружающей среды убивает деревья, животные вымирают.

Не осталось ни слонов, ни орлов, ни китов. Не говоря уже о носорогах, кондорах, гризли, пандах. Не осталось панд! В чем тогда смысл, кто-нибудь может мне объяснить?

Барри. Рут, приободритесь! Как-нибудь мир проживет и без панд. Нет худа без добра!

Рут. Очень мило, что вы это сказали, Барри. Но вы говорите так только для того, чтобы утешить нас всех. Потому что вы такой 1 страница. Эрик Богозиан хороший и добрый. Но, Барри, мы этого не заслуживаем. Мы не заслуживаем вашей любви. Мы сами себе навредили. Мы сами во всем виноваты.

Барри. Слушайте, Рут, по правде говоря, я чувствую…

Рут. Мы сами во всем виноваты. Спасибо вам, Барри, что вы такой хороший человек. Вы – шприц совести для этой страны. Если бы не вы, я не знаю, чтобы я делала… Берегите себя и – удачи с вашим новым шоу. Мы нуждаемся в нем больше, чем когда-либо (х).

Барри. Рут? Кажется, мы потеряли Рут. Ни панд ни осталось, ни Рут. Будем по ним скучать. Эй, Стю, она что, назвала меня 1 страница. Эрик Богозиан шприцом?

Стю. Да, она назвала тебя шприцом, Бар.

Барри. По-моему, она назвала меня шприцом! Это наводит на размышления. А вы как думаете? Позвоните мне, хочу узнать ваше мнение. «Ночная болтовня», Гленн из Корлетта, алло, вы в эфире.

Гленн. Алло, Барри?

Барри. Он самый.

Гленн. Мне слегка не по себе. Я звоню тебе впервые.

Барри. Я буду с тобой нежен.

Гленн. А?

Барри. О чем ты сегодня думаешь?

Гленн. Ну, во-первых, слушаю я тебя давно, а звоню впервые. Слушал тебя еще в Акроне!

Барри. А, хипповые деньки.

Гленн. Да, хе-хе, тогда ты тоже был классным.

Барри 1 страница. Эрик Богозиан. А, ладно. Большое спасибо, Гленн. Ну, так о чем ты хочешь поговорить?

Гленн. Ну, может, о том, что та женщина говорила про китов?

Барри. Про китов?

Гленн. Ну, что они вымирают. А я еще думал о детенышах тюленей – они тоже.

Барри. Ага. Значит, экология… и?

Гленн. Да… ну, я, скорее, хотел поговорить о животных вообще. У меня есть кошка, Влага, и… э… иногда я прихожу домой с работы, и мы… ну, я… готовлю обед, и мы… э… ужинаем вместе, понимаешь?

Барри. Ты ужинаешь со своей кошкой? За столом ужинаешь? Что, со скатертью, со свечами – таким манером?

Гленн. Ну, нет 1 страница. Эрик Богозиан, хе-хе, конечно, нет.

Барри. А.

Гленн. У нее своя тарелка. На полу…

Барри. А, хорошо!

Гленн. У Влаги такое приятное лицо. Можно точно сказать, о чем она думает.

Барри. Правда? Может, пример приведешь?

Гленн. Ну, я кормил ее кошачьими консервами, так? Но я видел по выражению ее лица, что она хочет есть то же, что и я. И вот теперь мы едим одно и то же. Я ем свиные котлеты – она ест свиные котлеты. Я ем телятину – она ест телятину.

Барри. Ага.

Гленн. В общем… Мы проводим время вместе… и вот иногда я просто думаю, что 1 страница. Эрик Богозиан в мире столько безумных, крикливых людей. А в то же время, есть Влага. Тихая, мухи не обидит, чистая. Почему люди не могут быть такими же?

Барри. Дай-ка я у тебя кое-что спрошу, Гленн. Похоже, вы с Влагой очень близки. Вы там, часом, не шалите, а? То есть, она кастрирована, да?

Гленн. А? Мне не нравится, что ты говоришь о моей кошке!

Барри. Есть название для людей, которые слишком любят животных. Ну, слишком с ними близки.

Гленн. У нас не так.

Барри. Ладно, но я только хотел сказать, Гленн, что Влага кастрирована. Может, чтобы люди вели себя, как Влага, надо 1 страница. Эрик Богозиан их кастрировать? Как ты на это смотришь? Оттяпать их старые яйца?

Гленн. Нет, я совсем не об этом говорил! Я не думаю, что…

Барри. Ты не думаешь? Ты не думаешь? Возможно, нас всех надо кастрировать. И жизнь стала бы намного проще. Тогда мы бы все стали тихими, как котятки. Ты этого хочешь, Гленн?

Гленн. Нет!

Барри. Почему мы живые, Гленн? Мы не домашние кошки! Гленн, у тебя есть выбор: либо начать жить, либо пройти кастрацию. Мой тебе совет – хватит заигрывать с влажными кисками, будь, наконец, мужчиной. (х) «Ночной разговор», Чет.


documentaudpwbp.html
documentaudqdlx.html
documentaudqkwf.html
documentaudqsgn.html
documentaudqzqv.html
Документ 1 страница. Эрик Богозиан